Всё началось с одной публикации в телеграм-канале «Тушите свет». Материал о вечеринке по случаю дня рождения миллиардера Андрея Бокарева, на которой, как утверждалось, присутствовал глава «Ростеха» Сергей Чемезов. Казалось бы, обычная светская хроника. Но следствие увидело в этом совсем другое.

По версии правоохранителей, команда Собчак требовала у Чемезова 11 миллионов рублей за удаление материала и обещание месяц не публиковать ничего компрометирующего. Вымогательство в особо крупном размере. Статья серьёзная, последствия — тяжёлые.

Журналисты Тамерлан Бигаев и Ариан Романовский получили по 7 лет колонии. Экс-директор Собчак Кирилл Суханов — 7,5 лет. Трое молодых мужчин оказались за решёткой. А их работодательница осталась на свободе, что вызвало бурю возмущения в обществе.

Телеграм-канал Baza, ссылаясь на показания осуждённых и договоры, утверждал: владельцем «Тушите свет» является именно Собчак, все публикации выходили по её поручению. При этом журналисты публично не раскрывали, что работают под руководством Ксении. В договорах был пункт о конфиденциальности с штрафом в 5 миллионов рублей за разглашение.

Обыски, бегство и возвращение

На следующий день после задержания журналистов силовики нагрянули в дом Ксении Собчак в элитном подмосковном посёлке. Хозяйки дома не оказалось — она уже покинула Россию и уехала в Литву. Тогда же стало известно о наличии у неё израильского паспорта.

Ряд СМИ сообщали, что изначально Собчак фигурировала в деле как подозреваемая, но позже статус изменили на свидетеля. Правда, адвокат одного из осуждённых позже заявил, что официально Ксения к делу вообще не привлекалась ни в каком процессуальном качестве.

Спустя несколько дней журналистка вернулась в Россию. На оглашение приговора своим сотрудникам не приехала. Ограничилась публикацией в собственном телеграм-канале, где заявила, что «выполнила все договорённости, чтобы добиться смягчения». Что это были за договорённости и с кем — осталось загадкой.

До недавнего времени Ксения старалась избегать в своих интервью упоминания своих бывших сотрудников

«Руки связаны»

Интервью Собчак с Катей Гордон для многих стало неожиданностью — женщины буквально воюют друг с другом более 15 лет. Но именно в этом разговоре Ксения впервые за долгое время честно заговорила о деле своих бывших сотрудников.

«Как минимум до момента, пока они выйдут, я вынуждена молчать. Подлость всей ситуации в том, что все знают, кто стоит за этим делом. Почему оно сделано против меня. Каким образом меня хотели подставить. Но никто не говорит про этих людей, потому что все боятся», — заявила Собчак.

Журналистка призналась, что страшно мучается из-за приговора. Считает ребят заложниками сложившихся обстоятельств. Но объясняет своё молчание страхом ухудшить условия содержания осуждённых любым резким высказыванием.

Собчак отметает версию, будто сотрудники сидят вместо неё. По её словам, она — «мелкая фигура» в этом деле. А настоящие инициаторы дела остаются в тени.

Кого винит Ксения?

И тут Собчак делает громкое заявление. Называет фамилии тех, кого считает причастными к делу. Правда, не впервые — намёки звучали и раньше.

«Почему в расследованиях не фигурирует фамилия заявителя Бровко? Почему совершенно не упоминается, что он супруг Тины Канделаки? Я призываю всех храбрых журналистов, всех правозащитников, и тебя, Катя. Разберитесь в роли этих людей. Какую роль кто играет, почему главным было причинить ущерб Ксении Собчак», — заявила журналистка.

Ещё в конце декабря в шоу Иды Галич «Есть вопросики?» Ксения обозначила позицию жёстче. Сказала: возьмёт интервью у Канделаки только после освобождения сотрудников.

«Пока ребята сидят, я не могу брать интервью у Тины Канделаки. А вот когда выйдут, я бы с ней очень хотела поговорить. А если не получится, я обязательно, Тина, поговорю с тобой публично», — обратилась она к телеведущей.

Прямых обвинений нет. Но намёк прозрачный, как стекло. Собчак уверена — за делом стоят конкретные влиятельные люди. Но открыто назвать их не может, опасаясь последствий для тех, кто уже за решёткой.

Две альфы в одном медиаполе

Само интервью между Собчак и Гордон — отдельная драма. Эти две женщины ненавидят друг друга с 2008 года. Тогда в радиоэфире случился первый публичный скандал. С тех пор любое упоминание, любое пересечение заканчивается взаимными уколами.

Последний виток конфликта разгорелся из-за рекламы поддельных люксовых аксессуаров в соцсетях Гордон. Собчак отреагировала публично — с холодным превосходством. Мол, поддержка отечественных брендов важнее популяризации подделок.

Гордон ответила резко. Противопоставила «благотворительность и помощь людям» — «дорогим вещам и лицемерию». Дальше началась война с ударами ниже пояса: гражданство, политика, прошлое, даже родственники.

Психологически они удивительно похожи. Обе — доминирующие альфа-личности с нарциссическими чертами. Разница в стратегиях. Гордон эмоционально уязвима, реагирует остро. Собчак хладнокровна, иронична, умеет молчаливо раздавить оппонента одной фразой. Одна бьётся сердцем, другая — скальпелем.

Почему интервью всё-таки состоялось

При такой давней вражде возникает вопрос: зачем вообще Гордон согласилась на интервью? А Собчак — зачем позвала злейшего врага в свой эфир? Ответ прост: обеим было что выяснить. И главной темой стала не история с осуждёнными сотрудниками Ксении, а другой громкий скандал — развод миллиардера Романа Товстика с женой Еленой.

Ещё в конце декабря Собчак выпустила два материала о разводе Товстиков, где Елена обвинила свою бывшую защитницу Екатерину Гордон в шантаже и вымогательстве. Ксения зачитала в эфире голосовые сообщения юриста, которые, по её мнению, были угрозами. Общественность разделилась — одни требовали наказать Гордон, другие защищали её.

Именно поэтому Екатерина и пришла на интервью к Собчак. Она хотела объясниться, дать свою версию событий, разобрать каждое обвинение. А Ксения, в свою очередь, получила шанс задать неудобные вопросы лицом к лицу. Трёхчасовой эфир превратился в настоящий психологический поединок.

История с Товстик

Гордон объясняла свою позицию по скандалу с Еленой Товстик, бывшей клиенткой юриста. Ксения зачитала фрагменты переписки, которые, по её мнению, доказывают шантаж.

Гордон категорически отрицает обвинения:

«Я никогда не вымогала и не шантажировала Елену Товстик. Если у неё есть повод думать иначе — есть полиция. Единственное, что в твоём эфире было сделано, это зачитанные, вырванные из контекста эсэмэски, поскольку Елена Товстик решила уйти от переговоров и взять деньги, как мне кажется, вне наших договорённостей».

По словам юриста, она добилась для Елены очень хороших условий по бракоразводному процессу с Романом Товстиком, но внезапно клиентка от всего отказалась, в том числе от услуг Кати. Действия Товстик сильно возмутили Гордон, она попыталась вернуть клиентку, но не вышло.

У Елены Товстик к Кате Гордон много претензий, обоснованность которых, за неимением веских доказательств, проверить сложно

Важная деталь: на момент отправки тех самых сообщений Гордон уже не была юристом Елены — доверенность отозвали. То есть формально переписка велась между двумя частными лицами, а не между юристом и клиентом.

С юридической точки зрения для квалификации вымогательства нужен корыстный мотив и прямая угроза в обмен на выгоду. Их не было. Гордон не требовала денег, имущества или каких-то действий. Намёк на «потерянный телефон» звучит неприятно, но намёки не равны угрозам.

Товстик не обратилась в полицию, не подала иск о защите чести и достоинства. Что косвенно подтверждает отсутствие реального состава правонарушения.

Гордон даже подтвердила, что продала в телеэфир интервью с Еленой и получила гонорар. Самой Товстик заплатили миллион рублей. Юрист назвала это нормальной практикой.

Кто победил в этом поединке?

Собчак действует через холодную иронию и манипуляции. Она редко обвиняет напрямую. Её метод — дать аудитории эмоциональный крючок, а выводы люди сделают сами. Фраза про «потерянный телефон» стала идеальным триггером. Публика мгновенно дорисовала в голове шантаж, угрозы, грязные схемы.

Это классическая игра на когнитивных искажениях. Юридическая пустота маскируется эмоциональной подачей. Отсутствие доказательств компенсируется драматургией.

Гордон ушла в оборону. Начала эмоционально реагировать, что только усилило хейт. Её реактивный профиль — вспышки, длинные пояснения — сыграл против неё. Массовая аудитория не анализирует. Она чувствует. А чувства были спровоцированы заранее.

Юридически ущерба нет. Репутационно — минус для Гордон.

При этом обе женщины вызывают симпатию. По-разному, но искренне. Собчак — как журналист: цепкая, умная, чувствующая нерв времени. Гордон — своей прямотой, готовностью защищать людей, неравнодушием.

Они яркие, сильные, несовершенные. Их противостояние интересно публике не потому, что кто-то плохой. А потому что обе живые, настоящие, со своими слабостями и силой.

Но главный вопрос остаётся без ответа

Трёхчасовое интервью закончилось. Публика получила очередную порцию скандала. Гордон и Собчак разошлись по углам ринга, оставив зрителей гадать — кто же прав. Но за всей этой медийной войной, за разборками с Товстик и взаимными обвинениями теряется главное.

Три человека сидят в колонии строгого режима. Пять лет — каждому. За дело, в котором, по версии многих, главная фигура осталась на свободе. И вот тут возникает неудобный вопрос: а что конкретно Собчак делает для своих бывших сотрудников, пока даёт интервью о скандалах в светской тусовке?

Тамерлан Бигаев, Ариан Романовский и Кирилл Суханов проведут за решёткой годы. Всё это время, если верить словам Собчак, она будет молчать. Или всё-таки найдёт способ помочь?

Вопросы остаются без ответов. Действительно ли за делом стоят Тина Канделаки и её муж Бровко? Были ли у Ксении договорённости о смягчении приговора? Почему сама она осталась вне уголовного процесса?

Конфликт Собчак и Гордон тоже не завершён. Судя по накалу страстей, финальных титров у этого сериала не будет никогда. Потому что в этой войне обе давно играют не друг против друга, а на публику.

А публике нужны зрелища. Ей неинтересны юридические тонкости, даты отзыва доверенности, различия между намёком и угрозой. Это скучно, требует мышления, а не эмоций.

Гораздо проще схватиться за одну фразу, вырванную из контекста, и вынести моральный приговор. Гораздо удобнее верить в образ, чем разбираться в реальности.

И да — мы все смотрим этот бесконечный сериал. Даже когда делаем вид, что устали. Потому что в нём есть характеры, эго, ощущение, что перед нами не картонные фигуры, а настоящие люди. А это всегда интереснее.

Но пока мы смотрим этот сериал, трое мужчин считают дни до освобождения. И для них это не шоу. Для них это реальная жизнь за колючей проволокой.

А как считаете вы: должна ли Собчак публично бороться за своих сотрудников, рискуя их положением в колонии, или молчание — действительно единственный выход? И верите ли вы, что за этим делом стоят конкретные влиятельные люди, как намекает Ксения? Или это просто попытка переложить ответственность?